Select a page

Что будет с «халявой»? «Антипиратский закон»

С 1 августа любая страница Рунета может быть закрыта. Общество и IT-бизнес бьют тревогу: «Государство убивает свободу интернета!». Что будет с вашими любимыми сайтами? Какова судьба «ВКонтакте»? Выясняем, чем скандальный «Антипиратский закон» грозит Рунету, бизнесу и всем нам.

«Теперь точно пора валить из этой страны», «это конец Рунета», «это удар по IT-бизнесу». Такими комментариями пользователи российского интернета и представители ряда крупных IT-компаний встретили «Антипиратский закон» (187-ФЗ), принятый в июле 2013 года.

С 1 августа 2013 года в России действует механизм по блокировке интернет-страниц, на которых правообладатели усматривают нарушение авторских прав. Закон был принят в рекордно короткие сроки под одобрение первых лиц государства.

Общество бастует: «Это новая цензура!». Интернет-гиганты Рунета в качестве протеста отключают свои сайты, рассчитывая на отмену закона (как это было с похожим законом SOPA в США).

Как и по кому бьет новый «Антипиратский закон»? В чем слабость «Антипиратского закона»? Кто и зачем лоббирует «сырой» закон? Почему китайский интернет оказывается разумнее российского? Предлагаем подробный обзор причин и последствий принятия нового закона №187.

Как «Антипиратский закон» связан с детьми?

Может ли государство контролировать интернет? Многие умы в разных странах мира решают эту задачу по-разному. В России первые шаги начались с очевидного (с точки зрения общества) зла ― детского порно и экстремизма.

Несколько лет назад управляющий партнер юридической фирмы «Усков и партнеры» Вадим Усков оказался на встрече владельцев хостингов с представителями полицейского ведомства. Встреча проходила за закрытыми дверьми. Собравшиеся согласились, что операторы, хостеры и владельцы интернет-площадок делают свой бизнес, но детская порнография ― это зло. Никто спорить не стал. Оставалось только понять, как этот контент блокировать и удалять.

Так появился особый Фонд при полицейской структуре и 139-ФЗ «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Полицейскими было достаточно прислать ссылку, и хостер мгновенно перекрывал ресурс.

― Потом стало понятно, что много такого контента лежит не у российских хостеров, а за рубежом, ― рассказывает Усков в беседе с E-xecutive.ru. ― Возник вопрос, как перекрывать? Страна у нас большая, а интернет-труб заходит не так много. Например, когда один финский огородник перерубил лопатой кабель, полстраны осталось без интернета. И тогда блокировать контент обязали операторов связи, владельцев «труб».

Операторы ответили, что заблокировать контент на конкретной странице они не могут, а могут только фильтровать IP. Закрыть IP ― это оставить без YouTube половину России.

Так было в недалеком прошлом.

К 2013 году операторы закупили недешевую аппаратуру (по данным Ускова, стоимость доходит до $70 млн) и теперь могут блокировать конкретную страницу конкретного ресурса.

― Как сайты попадают в единый реестр запрещенных ресурсов? Какие решения принимают суды? Все это отдельные вопросы, ― говорит Усков. ― Стал ли интернет безопаснее для детей? Однозначно да!

Единый реестр запрещенных ресурсов (139-ФЗ) послужил основой для создания технической возможности блокировать отдельные страницы интернет-сайтов. Новая инфраструктура открыла дорогу для нового закона 187-ФЗ, уже получившего название «Антипиратский закон».

Почему в «Антипиратском законе» столько пробелов?

187 ФЗ ― в чистом виде продукт лоббизма, в этом и кроется причина его сырости, уверен Усков. Политическим поводом к принятию закона считается съезд Союза кинематографистов в Сочи в июле 2013 года, где было заявлено буквально следующее: российский фильм «Легенда 17» провалился в зарубежном прокате, потому что иностранцы скачали пиратские версии и не пошли в кинотеатры.

Фильм «Легенда 17» собрал в России рекордные $29,5 млн, но в мировом прокате провалился.
В провале виновны пираты, решили в российском союзе кинематографистов. 

― Писали закон те, кто имеет поверхностное представление о вопросе, ― продолжает Усков. ― Люди из отрасли не могли его написать, потому что профессионалы работают либо в операторах, либо в хостерах, и они не напишут закон против себя. Независимых профессионалов в этой области, способных написать закон, в России крайне мало. Закон явно писала команда, потому что некоторые части между собой не согласуются. А тот факт, что закон принят в одно чтение, свидетельствует о том, что этот заказ прошел под кивок или под имитацию кивка, мол, «первое лицо сказало». Закон принимался в проброс. То есть, сначала бросили закон, а дальше будут заниматься его совершенствованием с помощью профессионалов. Редактировать уже принятый закон проще, чем принимать новый. Хотя лоббизм второго эшелона обязательно будет. Люди будут говорить, что операторы ― это священная корова российского бизнеса, их нельзя нагружать новыми обязанностями. У операторов неплохое лобби.

В чем слабость «Антипиратского закона»?

«Антипиратский закон» предлагает следующую процедуру борьбы с нарушением авторских прав.

― Если вы правообладатель и недовольны каким-то ресурсом, то подаете заявление об обеспечительных мерах вМосковский городской суд, ― объясняет Усков. ― Если ваше заявление удовлетворяется, то у вас есть 15 дней, чтобы подать полноценное заявление в суд. После этого Минкомсвязи РФ на основании обеспечительных мер суда добавляет в свой реестр конкретную страницу, и все операторы связи должны на основании судебного запрета блокировать эту страницу. То есть, страница блокируется еще до суда, но вроде как по судебному решению.

Далее в законе возникают пробелы, отмечает Усков. Кто будет ответчиком в суде?

187-ФЗ может ударить по трем игрокам интернет-рынка.

  1. Администратор, который выкладывает контент.
  2. Хостер, который размещает на свои серверы контент администратора.
  3. Провайдер (оператор связи), который дает возможность пользователям достичь хостера с контентом администратора.

Кто из участников рынка виноват? И в чем?

Оператор связи? Он передал контент без изменения и ни в чем не виноват.

Хостер? Многие правообладатели даже не знают, как найти адрес и название хостинговой площадки по домену. К слову, торренты размещаются на нескольких хостингах.

Администратор площадки? Российские регистраторы даже по адвокатскому запросу сообщают контактные данные администраторов через один, а бывает и через два месяца. Регистраторы международной зоны не отвечают вообще ни на чьи запросы, ссылаясь на тайность информации, рассказывает Усков.

Получается, что данных администратора мы не знаем, сведений о хостере не знаем. Об операторе мы знаем, но оператор точно ни при чем. Тупик. Иск отклоняется, потому что нет ответчика.

Простых пользователей закон вряд ли глобально затрагивает. Худо придется пользователям пиратских ресурсов в том смысле, что будут перекрыты общеизвестные источники для скачки музыки, фильмов и прочего.

― Если российские компании, та же Mail.ru или Yandex, шумят, потому что это рунетовская история, то почему Googleввязывается? ― удивляется Усков. ― Ведь Google активно совершенствует нормативную базу именно по корректировке и блокировке интернет-трафика со времен принятия DMCA (Digital Millenium Copyright Act) в 1998 году. Правила Google синхронизированы с DMCA. Компания Google сама заинтересована в наведении корректных правил игры в Рунете. В Америке гораздо более сложные, жесткие и четкие правила. Отсутствие таковых на российском рынке скорее вредит компании, чем помогает.

Грозит ли Рунету новая цензура?

Абсолютно любой закон по наведению порядка и правил игры обвиняется в цензуре, замечает собеседник E-xecutive.ru. На самом деле цензура и тотальный контроль спецслужб действуют и сейчас.

― Нежелательный контент блокировался и до «Антипиратского закона», ― отмечет Усков. ― Вспомните дело Kavkaz.com. Сегодня без «Антипиратского закона» можно объявить материал экстремистским за один «нежелательный» комментарий и заблокировать его. Вряд ли новый закон будет применяться как основной рычаг, потому что есть более 20 других способов, как «уронить» неугодный сайт. Думаю, что правообладатели пролоббировали этот закон, чтобы иметь хоть какую-то видимость управления ситуацией в интернете.

История Эдварда Сноудена также доказывает беззащитность наших данных и до принятия нового закона.

― Куда отправляются все наши электронные письма? ― задает риторический вопрос Усков. ― Правильно. На американские серверы. Данные Facebook уходят туда же. Сноуден рассказал всему миру, что американские спецслужбы активно используют эти данные и делятся ими со спецслужбами других государств. Откуда у американцев сведения о переписках и звонках немецких граждан?! Мы работаем через американские серверы. Поэтому говорить, что «антипиратский закон» как-то бьет по нашей свободе, вводит цензуру и увеличивает контроль над гражданами, мне кажется, это ерунда.

Как работают аналоги «Антипиратского закона» в мире?

Какие правила игры нужны в России? Для ответа на этот вопрос хорошо бы понять, а какие правила игры есть в мире. Как борются с детской порнографией и нарушением авторских прав в других странах? Многие страны копируют свои интернет-правила с модели DMCA.

― Самый пиратский рынок ― это Китай, ― говорит Усков. ― Китайский интернет занимает второе место по количеству доменов после Германии. Китайцы считают главным игроком интернет-рынка хостера и обязывают все хостинги лицензироваться. Хостер не обязан отслеживать, что именно размещается на его сервере. Но, если хостер получает обращение, что на его сервере размещен нежелательный контент, то китайские правила обязывают хостера в течение 24 часов переслать жалобу администратору площадки. Если администратор отказывается удалять контент, мол, «мой контент легальный», то заполняет специальную форму ― готовность судиться ― и отправляет ее хостеру. Хостер отправляет форму жалобщику. Теперь жалобщик видит контактные данные администратора и его готовность, в том числе финансовую, судиться в конкретном суде.

Если администратор не убирает контент и не заявляет о готовности судиться, то хостер через 24 часа в виде отсутствия реакции сам перекрывает ресурс. Если хостер два раза не выполняет эту обязанность, его лишают лицензии. Все просто и понятно.

Этот принцип досудебного решения, заложенный в DMCA, сильно разгрузил Америку и многие другие страны, в том числе Китай, от судебных тяжб в интернете. Если по каждому интернет-чиху идти в суд, то мы и без того загруженную судебную систему завалим окончательно, говорит Усков.

Что конкретно нужно исправить в «Антипиратском законе»?

Во-первых, правила должны распространяться не только на кинофильмы, а на весь контент, включая фотографии, музыку, книги и софт, уверен Усков.

Во-вторых, нужна четкая досудебная процедура. Если вы обнаруживаете нарушение своих авторских прав в интернете, то:

  1. Делаете запрос по форме.
  2. Доказываете, на основании какого договора вам принадлежит этот объект интеллектуальной собственности.
  3. Прикладываете доверенность владельца.
  4. Ссылаетесь на регистрационный документ (если про товарный знак).
  5. Сообщаете о готовности идти в суд, чтобы ответчик понимал серьезность ваших намерений.

В DMCA предъявление претензии расписано в восьми пунктах.

В-третьих, надо четко прописать ответственность каждого из участников этого рынка: администратора, хостера, оператора. Для всех игроков должны быть разные правила привлечения к ответственности и разные обязанности. Можно использовать китайский вариант правил и DMCA: чтобы правообладатели обращались к хостерам, и уже хостер должен разбираться в ситуации.

Что будет с «ВКонтакте» и другими сетями Рунета?

В 2010 году Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области отклонил иск ВГТРК в адрес «ВКонтакте»на 3 млн руб. за размещение фильма «Охота на пиранью». Суд постановил, что администрация сети не обязана просматривать содержание каждого аккаунта. Эту продолжительную судебную тяжбу Усков считает примером того, как не надо бороться с пиратами.

― Я разделяю мнение большого количества правообладателей, что сеть «ВКонтакте» является одной из главных пиратских сетей в мире, ― говорит Усков. ― Юристы ВГТРК совершили глобальную ошибку. Если бы юристы отправили претензию администраторам сети, и администраторы после предупреждения бездействовали, вот тогда можно говорить, что администрация сети способствует пиратству. А поскольку ВГТРК не предупредила и сразу пришла судиться, то администрация «ВКонтакте» ни в чем не виновата. Что потом подтвердили все суды.


Мнение основателя «ВКонтакте» Павла Дурова о борьбе с распространением музыки в сети.

Нынешняя сеть «ВКонтакте» напоминает первоначальный YouTube. Ранее компания Google (владеет YouTube) часто обвинялась в пиратстве фильмов. Ситуация изменилась после скандального спора между YouTube и студией Universal. Закончился спор тем, что теперь выкладывать видео в HD качестве и дольше 15 минут могут только обладатели особых аккаунтов YouTube. Эти аккаунты контролируются иначе. Сама возможность выкладывать видео в HD без ограничения по хронометражу, по мнению Ускова, ― это чистое пособничеству пиратству.

― Вопросы торрентов и «ВКонтакте» надо решать точечно в ручном режиме, а не таким широкомасштабным законом, ― продолжает Усков. ― Каждый день на «ВКонтакте» заходит 50 млн. пользователей. Это пиратство в чистом виде, но, подозреваю, что никто не возьмет на себя смелость заблокировать сайт, потому что возникнет большое социальное напряжение.

В начале 2013 года основной акционер «ВКонтакте» Михаил Мирилашвили (40%) и исполнительный директор компании Лев Левиев (8%) продали свои доли фонду United Capital Partners (UCP), 65% которого принадлежат члену советов директоров «Роснефти» и «Транснефти» Илье Щербовичу. Поэтому политика «ВКонтакте» может заметно измениться. Администрация «ВКонтакте» под весом исков будет вынуждена для самосохранения принять правила, которые ей не выгодны сейчас, аналогично правилам YouTube после суда с Universal, считает Усков.

Почему государство взялось за интернет-рынок именно сейчас?

С пиратами борются те, кто зарабатывает деньги на продаже контента.

― Америка в течение долгих лет без зазрения совести использовала произведения европейских композиторов, художников и писателей, не выплачивая при этом вообще никаких денег, ― отмечает Усков. ― Через десятилетие американцы обнаружили, что их собственная интеллигенция практически исчезла. Какой смысл становиться профессиональным музыкантом и писателем, если люди привыкли слушать музыку и читать бесплатно? Ужаснувшись ничтожному количеству оставшихся творцов, страна развернулась на 180 градусов. Началась политика повышения ВВП за счет интеллектуальных ресурсов и интеллектуальной собственности.

15 лет назад американские фильмы в России не собирали миллионов долларов. Сейчас российский рынок вырос, и американцы пришли с желанием навести порядок в России. Разговоры про интеллектуальную собственность стали актуальны, потому что появился заказчик (в лице Голливуда), который теряет на пиратстве деньги.

― Активность государства в отношении пиратства в интернете ― это продолжение общей логистики, ― продолжает Усков. ― Сегодня пираты в виде продавцов DVD-дисков на Горбушке почти исчезли. Зачем торговать на Горбушке, если все в интернете лежит? Сегодня рекламные бюджеты компаний уже сравнялись с бюджетами на офлайн. Почему? Да потому что люди сначала лезут в интернет искать холодильник, а потом только звонят или идут куда-то. Доля и роль интернет-коммуникаций растет, поэтому контролировать, управлять или хотя бы навести порядок в этой части информационной среды ― надо.

Митинг против «Антипиратского закона» в Москве. Газета.ру

Почему суды страдают от «Антипиратского закона», и какова дальнейшая судьба закона?

Расхлебывать юридические ошибки «Антипиратского закона» будут совершенно непричастные к интернет-пиратству люди и организации.

Например, Мосгорсуд. Знал ли вообще Мосгорсуд, что его назначили главным? Ему дали дополнительный бюджет? По сопроводительной записке к закону, дополнительного бюджета не требуется. А ведь суд будет завален кучей заявлений. Возникает куча технических вопросов. Где найти столько людей и новые помещения? За чей счет будут выставлять все уведомления, приглашения, заявления? А если уведомления иностранные? Как по интернету подавать такие заявления? Где найти столько электронных подписей (ЭЦП)?

― Судебная система, возможно, будет сама блокировать процедуру, ― прогнозирует Усков, ― поэтому люди встретят в судах сопротивление весьма серьезное. Если вопросами интернета много лет занимаются арбитражные суды, почему главной инстанцией назначили Мосгорсуд? Здравую логику найти сложно. Возможно, кивнули головой и сказали: «Надо».

Как будут развиваться дальнейшие события вокруг «Антипиратского закона»?

― Правообладатели начнут бомбить суды исками, ― заглядывает в ближайшее будущее Усков. ― Последует череда отказных исков, и эта волна через полгода захлебнется, если не раньше. Все упрутся в тупик закона. Если по некоторым искам и будут выданы показательные обеспечительные меры, то возникнет другая проблема ― механизм блокирования конкретных страниц есть не у всех операторов. Поэтому блокировка конкретных страниц будет, скорее всего, перепродаваться между операторами. Это новый бизнес, который я предвижу.

Каким образом новый «Антипиратский закон» повлияет на Рунет? Стоит ли борьба с пиратством тех сил, которые прилагаются сейчас? Делитесь мнением с Сообществом в комментариях! 

0 Comments

Leave a reply

Закрыть
Зарегистрироваться
Account Details
*
*
Надежность пароля
Profile Details
Upload a profile picture
Social Profiles